Лишь поражение двигателя

Вначале 1-й Мировой войны, когда авиация перестала быть цирковым трюком и стала средством для ведения разведки, а потом и бомбометания, защиты от вражеских самолетов практически не было. Огонь, который вела пехота по летящему над ними аэроплану, был малоэффективен. Пули дырявили перкаль, которым были обтянуты крылья и хвостовое оперение самолета, но аккуратные пробоины ненамного снижали его летные качества.

Лишь поражение двигателя и летчика могло вывести аэроплан из строя. Двигатель защитить от пуль было нечем, а вот летчики в меру своей фантазии пытались защитить себя любимых. Одно время у русских авиаторов пользовались большим спросом сковородки, как чугунные, так и медные. Их скупали в магазинах, добывали у хозяек. «Зачем они вам?» -недоуменно спрашивали приказчики у пилотов. «Для яичницы…» — с усмешкой отвечали те. А дело было вот в чем: сковородки клали под сиденье аэроплана, чтобы на летающей этажерке пуля, выпущенная с земли по самолету, не продырявила авиатору самое уязвимое место.

Read More

А Я-ТО ТУТ ПРИ НЕМ?

После взятия генералом Суворовым в 1790 году неприступной турецкой крепости Измаил высшие воинские чины завели речь о награждении особо отличившихся Георгиевскими крестами. И, желая сделать приятное своему военачальнику, прямо в присутствии Суворова стали намекать, что, дескать, и сам он достоин высокой награды. На что, неожиданно для всех, Александр Васильевич заявил, что награды заслуживает его писарь Иван Курис. И объяснил, за что именно: «Он писарь в моем штабе и храбро написал: «Идти на штурм». А я что? Я только подписался…»

Read More

Сибарис

В Южной Италии в Античности существовал греческий город-государство Сибарис. Его жители так любили всевозможные удобства и удовольствия, что слово «сибарит» уже тогда стало синонимом праздного человека, безмерно увлекающегося радостями жизни. Одним из любимых развлечений сибаритов было смотреть на танцующих под звуки флейт лошадей. Поэтому всех лошадей в Сибарисе обучали этому искусству.

У Сибариса был постоянный соперник и противник — город Кретон. И вот, когда в 510 году до новой эры между этими городами началась война, сибариты бросили против своих врагов кавалерию на сильных и холеных лошадях. Однако, завидев сибарисскую кавалерию, кретонцы не взялись за мечи — они взяли в руки флейты. Услышав первые звуки музыки, лошади насторожились, а когда полилась знакомая мелодия, они танцующим шагом двинулись в сторону кретонских флейтистов. Не обращая внимания на все усилия си-барисских кавалеристов, они пришли прямо в расположение врага, где сибариты и были взяты в плен.

Read More

От крестоносцев до «лесных братьев»

Составить представление о ключевых эпизодах литовской истории можно по огромным картинам.

На одной из них изображена гибель князя Гедимина в 1341 года от выстрела из осажденной крепости крестоносцев Байербург. Надо полагать, именно Гедимин стал первым правителем, погибшим от огнестрельного оружия.

Другая картина посвящена Битве на Синих Водах (1362) — первой крупной победе над татаро-монголами, позволившей приступить к выдавливанию их с территории современной Украины. Рядом — момент высшего национального триумфа — князь Витаутас на берегу Черного моря во время крымского похода 1392 года.

Образцы средневекового оружия и доспехов литовского и русского производства зачастую неотличимы, и это вполне объяснимо: государственным языком Великого княжества Литовского был русский, а удельные правители со своими дружинами легко переходили с одной службы на другую.

Заметные отличия начинаются с конца XV века, когда Великое княжество Литовское сблизилось с Польшей, объединившись, в конце концов, в Речь Поспо-литую. Политика отразилась и на военном костюме, что видно по представленным образцам — шишаки сменили шлемы европейского типа; алебарды заменили бердыши, а шляхетские кунтуши вытеснили кафтаны и т.д.

В центральном зале можно увидеть несколько мощных для XVI-XVII веков артиллерийских орудий. Сделанная в 1595 году в Несвиже пушка калибром 93 мм носила ласковое название «Гидра». Компанию ей составляет еще более крупное орудие калибра 127 мм, изготовленное в 1633 году в Гданьске.

Второй этаж посвящен истории Нового и Новейшего времени с особым акцентом на антироссийских восстаниях XIX века, борьбе против Красной армии в 1918-1919 годах и против поляков и немцев в 1919-1923-м.

Богатые коллекции, насчитывающие около 200 тысяч предметов, позволяют выстроить экспозицию таким образом, чтобы полностью показать, например, эволюцию военных касок.

При изобилии экспонатов зрители зачастую проскакивают мимо весьма интересных экземпляров. Например, в галерее карманного стрелкового оружия стоит задержаться у маленького восьмиствольного пистолета «Мариетта» 1837 года выпуска.

В боевых действиях Второй мировой войны Литва особенно не отметилась: попытка создать здесь национальный легион СС (как в Эстонии или Латвии) провалилась, антифашистское же движение было представлено белорусскими и польскими партизанами.

Завершающая часть экспозиции рассказывает о борьбе литовских «лесных братьев» против советской администрации. Помимо макетов подземных укрытий и образцов оружия (в том числе самодельного), имеется здесь и типографское оборудование для печатания нелегальных газет и листовок.

Завершается осмотр экспозиции обычно в цокольном этаже с мемориальным залом и памятными досками с именами тех, кто погиб в 1919-1923 годах в боях за литовскую независимость.

Парк и сад перед зданием украшены бюстами литовских политиков и генералов, имена которых практически ничего не скажут современному россиянину.

Находясь в ведении Министерства обороны, музей и прилегающая территория используются для различных официальных мероприятий.

Read More

История современной Литвы

История современной Литвы начинается с 16 февраля 1918 года, когда в занятом германскими войсками Вильне (Вильнюсе) некое подобие парламента (Тариба) провозгласило создание независимого государства, на престол которого немцы тут же выдвинули своего принца Вильгельма фон Ураха. Однако Германия Первую мировую войну проиграла. Литовцам же еще пришлось выдержать бои с Красной армией, а затем с поляками, которые отобрали у них Вильну.

Столицей республики стал Каунас (Ковно), где 16 февраля 1921 года открылся Военный музей, призванный сыграть важную роль в формировании нового национального самосознания.

В поисках национальной идентичности

Основу экспозиции составила организованная еще в 1919-м несколькими офицерами выставка с образцами оружия топтавшихся по литовской земле армий. Коллекция получилась достойной, поскольку с окончанием Первой мировой войны великие державы охотно сплавляли избытки оружия конфликтовавшим друг с другом новорожденным государствам. Сплавляли по малым ценам, а зачастую и вовсе бесплатно, так что сегодня в каунасском музейном собрании можно найти едва ли не все образцы винтовок, пистолетов, пулеметов первой трети XX века. 28 ноября 1930 года музею было присвоено имя князя Витаутаса Великого, 500-летие со дня кончины которого отмечалось в общенациональном масштабе.

По проекту архитектора Владимира Дубенецкиса для музея в течение пяти лет строили новое здание. 16 февраля 1936 года состоялось его открытие. Внушительный монументальный дворец украшен еще и зданием с карильоном (из 35 колоколов), музыка которого звучит во время официальных и праздничных мероприятий.

Вход в здание украшают статуи львов, подаренных в 1938 году графом Тышкевичем, а прямо напротив главного фасада журчит фонтан, украшенный скульптурой гнома.

Обрушивавшиеся на Литву потрясения заставляли постоянно корректировать экспозицию. Летом 1940 года Литва вошла в состав СССР. Имя князя тогда из названия музея убрали, переименовав его в Музей военной истории. Через год пришли немцы, и в этом же здании расположилось уже другое учреждение — Музей красного террора.

После разгрома фашистов, вторично и недолго побыв Музеем военной истории, это хранилище прошлого перепрофилировали под музей города Каунаса. И только в январе 1990 года вернули прежнее название. В идеологическом и содержательном плане все снова вернулось к Витаутасу Великому, фигура которого встречает посетителей в центральном зале. Компанию ему составляют все правители Великого княжества Литовского, правда, ни в виде скульптур, а в виде портретов.

Хронологически экспозиция открывается рассказом о древнейшем населении Литвы и конфликтах с соседними народами. Однако настоящая история началась в XIII веке, когда разрозненные литовские племена объединились в единое государство, позже вобравшее в себя земли современной Беларуси и значительной части Украины.

Наивысшего расцвета оно достигло именно при Витаутасе. То побеждая, то терпя поражения, он воевал с русскими, поляками, татарами, крестоносцами, и, наконец, вплотную приблизился к тому, чтобы сделать свое княжество королевством. Однако коварные поляки посланную из Рима королевскую корону перехватили. Витаутас, уже собравший на пирушку высоких гостей (включая своего внука московского князя Василия II), от переживаний скончался.

Read More

Семь месяцев террора

Первое учебно-боевое подразделение ракет «Фау-2» было сформировано в июле 1943 года. В начале декабря 1943 года был создан 65-й армейский корпус спецназначения ракет «Фау-1» и «Фау-2» под командованием генерал-лейтенанта артиллерии Хей-немана.

Первый боевой пуск ракеты «Фау-2» состоялся 8 сентября 1944 года. Англичане уже имели информацию о существовании немецкой ракеты, но они сначала ничего не поняли и подумали (когда в 18 ч. 43 мин. 8 сентября в районе Чизвика раздался сильный взрыв), что взорвалась газовая магистраль (так как не была объявлена воздушная тревога). После повторных взрывов стало ясно, что газовые магистрали тут ни при чем. И только когда около одной из воронок офицер из войск противовоздушной обороны поднял кусок патрубка, замороженного жидким кислородом, стало ясно, что это было новое оружие нацистов.

За время семимесячного использования баллистических ракет по городам Англии и Бельгии было выпущено около 4300 «Фау-2». По Англии произведено 1402 пуска, из которых только 1054 (75%) достигли территории Соединенного Королевства, а на Лондон упало всего 517 ракет. Людские потери составили 9277 человек, из них 2754 убитых и 6523 раненых.

Гитлеровскому командованию до самого конца войны так и не удалось добиться массового нанесения ракетных ударов. Тем более не стоит говорить о разрушении целых городов и промышленных районов. Была явно переоценена возможность «оружия возмездия», которое, по замыслу руководителей Третьего рейха, должно было вызвать ужас, панику и паралич в лагере противника.

Но ракетное оружие того технического уровня никоим образом не могло ни изменить ход войны в пользу Германии, ни предотвратить крах фашистского режима. По расчетам командования вермахта, по Лондону необходимо было наносить удары каждые 20 минут. Для круглосуточного обстрела требовалось около сотни ракет «Фау-2». Но, чтобы обеспечить такой темп стрельбы, три завода по сборке ракет — в Пенемюнде, Винер-Нойш-тадте и Фридрихсхафене — должны были отгружать около 3000 ракет в месяц!

В июле 1943 года изготовили 300 ракет, которые пришлось истратить на экспериментальные пуски. Серийный же выпуск все еще не был налажен. Однако с января 1944 года и до начала ракетных обстрелов британской столицы произвели 1588 «Фау-2».

Запуск 900 ракет «Фау-2» в месяц требовал 13 000 т жидкого кислорода, 4000 т этилового спирта, 2000 т метанола, 500 т перекиси водорода, 1500 т взрывчатки и большое количество других компонентов. Для серийного выпуска ракет необходимо было экстренно построить новые заводы по производству различных материалов, полуфабрикатов и заготовок.
В денежном выражении при запланированном производстве 12 000 ракет (30 шт. в сутки) одна «Фау-2» обошлась бы в шесть раз дешевле бомбардировщика, которого в среднем хватало на 4-5 боевых вылетов. Тем не менее география целей, которых достигли «Фау-2», внушительна. Это Лондон, вся Южная Англия, Антверпен, Льеж, Брюссель, Париж, Лилль, Люксембург, Ремаген, Гаага… Последние обстрелы мирных городов с применением ракет «Фау-1» и «Фау-2» произошли 27 марта 1945 года.

Министр вооружений и боеприпасов Третьего рейха Альберт Шпеер позднее писал: «В 1944 году в течение нескольких месяцев армады вражеских бомбардировщиков сбрасывали в среднем по 300 т бомб в день, а Гитлер мог бы обрушить на Англию три десятка ракет общей мощностью 24 т в сутки, что является эквивалентом бомбовой нагрузки всего лишь дюжины „Летающих крепостей». Я не только согласился с этим решением Гитлера, но и поддержал его, совершив одну из серьезнейших своих ошибок».

Read More

Как она была устроена?

Баллистическая ракета дальнего действия «Фау-2» со свободным вертикальным стартом класса «земля-земля» была предназначена для поражения площадных целей с заранее заданными координатами. На ней был установлен жидкостный реактивный двигатель с турбонасосной подачей двухкомпонентного топлива. Органами управления ракеты являлись аэродинамические и газовые рули. Вид управления — автономный с частичным радиоуправлением в декартовой системе координат. Метод автономного управления — стабилизация и программное управление.

Технологически ракета «Фау-2» была разделена на четыре агрегата: боеголовку, приборный, баковый и хвостовой отсеки. Такое разделение снаряда выбрано из-за условий его транспортировки. Боевой заряд помещался в коническом головном отсеке.

Боевой отсек конической формы изготовливался из мягкой стали толщиной 6 мм, имел общую длину по оси (от основания обтекателя) — 2010 мм и снаряжался аммотолом. Выбор этого взрывчатого вещества был обусловлен его относительной безопасностью к применению в условиях вибрации и нагрева. В верхней части боевого отсека находился высокочувствительный ударный импульсный взрыватель. От использования механических взрывателей пришлось отказаться в силу большой скорости столкновения ракеты с землей, в результате чего механические взрыватели просто не успевали сработать и разрушались.

Скорость падения ракеты составляла 1100 м/с. Подрыв заряда осуществлялся расположенным в его тыльной части пиропатроном по электрическому сигналу, полученному от взрывателя. Сигнальный кабель от головной части протягивался по каналу, расположенному в центральной части боевого отсека. В приборном отсеке размещались аппаратура системы управления и радиооборудование.

Топливный отсек занимал центральную часть ракеты. Горючее (75%-ный водный раствор этилового спирта) размещалось в переднем баке. Окислитель — жидкий кислород — заправлялся в нижний бак. Оба бака изготавливались из легкого сплава. В целях предотвращения изменения формы и поломок оба бака наддувались давлением, равным приблизительно 1,4 атмосферы. Пространство между баками и обшивкой плотно заполнялось тепло-изолятором (стекловолокном).
В хвостовом отсеке на силовой раме размещалась двигательная установка. Подача топлива в камеру сгорания осуществлялась с помощью двух центробежных насосов, приводимых в действие турбиной, работающей за счет парогаза, образующегося при разложении перекиси водорода в па-рогазогенераторе в присутствии катализатора — марганцовокислого натрия. Мощность турбины — 680 л/с. Четыре стабилизатора крепились фланцевыми стыками к хвостовому отсеку. Внутри каждого стабилизатора размещались электромотор, вал, цепной привод аэродинамического руля и рулевая машинка, отклоняющая газовый руль (находящийся в створе сопла, сразу за его срезом).

Read More

Куммерсдорф

В 1932 году недалеко от Берлина, в Куммерсдорфе, была организована экспериментальная лаборатория по созданию жидкостных реактивных двигателей для баллистических ракет. А в октябре 1932-го в эту лабораторию пришел Вернер фон Браун, вскоре ставший ведущим конструктором ракет и первым помощником Дорнбергера.

Но полигон Куммерсдорф оказался мал для реальных пусков. В 1936 году фон Брауну удалось уговорить командование люфтваффе выкупить территорию близ рыбацкой деревеньки Пе-немюнде на острове Узедом. Именно там и появилась ракета «Фау-2».

На полигоне в Пенемюнде проводились экспериментальные пуски ракет, которые заканчивались неудачно. Ракеты порой взрывались
прямо на стартовом столе, причем часто в присутствии высокопоставленных инспекторов из министерства вооружения и боеприпасов Третьего рейха. Но в октябре 1942 года ракета А-4 пролетела 192 км на высоте 96 км и разорвалась в 4 км от намеченной цели.

В декабре 1942 года был издан приказ о развертывании массового производства ракеты А-4 и ее компонентов в Пенемюнде и на заводах «Цеппелин». В июле 1943 года начальник ракетного центра в Пенемюнде Дорнбергер, технический директор фон Браун и начальник полигона Штейнгоф выступили с докладом об испытании «оружия возмездия» в ставке Гитлера «Воль-фсшанце» в Восточной Пруссии. Фюреру продемонстрировали цветной фильм о первом удачном запуске ракеты А-4 с комментариями фон Брауна, а Дорнбергер выступил с подробным докладом. Гитлер пришел в восторг. Он отдал приказ начать массовое производство ракет, названных «Фау-2» (от немецкого V-2 — Vergeltungswaffe-2, «оружие возмездия»).

Read More

В обход Версаля

Особенно отличились в этом деле немцы, которые к концу войны использовали реактивную авиацию, приборы ночной видимости и самолеты-снаряды. Но вершиной «сумрачного германского гения» стало создание первой в мире баллистической ракеты «Фау-2», которая стала родоначальницей всех подобных ракет в мире.

Работы по созданию боевых баллистических и крылатых ракет начались еще в кайзеровской Германии. В конце
ее инженер Герман Оберт создал проект большой ракеты на жидком топливе, оснащенной боевым зарядом. Ее дальность полета должна была, по расчетам Оберта, составить несколько сотен километров. Тогда же летчик-истребитель Рудольф Небель начал работать над созданием авиационных ракет, которые, по замыслу Небеля, должны были с воздуха поражать наземные объекты.

По условиям Версальского мира Германия была лишена права иметь боевую авиацию, танки и подводные лодки. Накладывались ограничения и на некоторые другие виды вооружения, например, запрещалось иметь орудия крупного калибра. Но про ракеты там не было ни слова. Этим и решили воспользоваться создатели нового вида оружия. Причем, по их мнению, ракеты должны в будущем заменить все другие виды вооружения. «В один прекрасный день, — утверждал Рудольф Небель, — ракеты, подобные этой, вытеснят артиллерию и даже бомбардировщики на свалку истории».

В 1929 году министр рейхсвера отдал секретный приказ начальнику отдела баллистики и боеприпасов управления вооружения германской армии Карлу Беккеру об определении возможности увеличения дальности стрельбы арт-систем, включая использование ракетных двигателей в военных целях.

Read More

Полный разгром

Корейская эскадра состояла из 56 судов, включая 3 кобуксона и 21 пха-наксон. С учетом вооружения, тоннажа, численности экипажей, силы были примерно равными.

Ли Сунсину пришлось учитывать мнения еще двух адмиралов — Ли Окки и Вон Гюна, который непременно хотел обойти его в славе, а потому настаивал на немедленной атаке противника. Командующий не соглашался, настояв на том, чтобы выманить японцев в открытое море, где их можно было подавить с помощью артиллерии и, прежде всего, огнем кобусконов. Для этого силы корейцев были разделены на три эскадры. Главная, состоявшая из 24 кораблей (включая все три кобуксона), возглавляемая самим Ли Сунсином, заняла позиции перед островом Хансандо. Суда Вон Гюна и Ли Окки укрылись в засадах за расположенными на оконечностях острова мысами.

Следующим утром корейский командующий выдвинул поближе к Хансандо шесть кораблей, чтобы подразнить неприятеля, открыв по нему огонь из орудий. И японцы клюнули на наживку. Весь вражеский флот выдвинулся вперед, а шестерка корейских судов легла на обратный курс к острову.

Японцы буквально наперегонки нестройной толпой бросились за отступающими. Впереди несся Вакидзаки на своем флагмане, ему в затылок дышал корабль капитана Куки.

В какой-то момент преследователи почти одновременно забросили абордажные крючья на плывшее последним корейское судно. И Вакидзаки тут же приказал одному из моряков перебить
канат соперника. Взбешенный Куки принялся кричать своему адмиралу, что он о нем думает, вызывая на поединок, как самурай самурая. Пока шла эта перепалка, моряки с подцепленного корейского корабля избавились от второго абордажного крюка и продолжили бегство.

Дождавшись судов-приманок, Ли Сунсин выстроил эскадру буквой V («крылья журавля») и стал отступать к Хансандо. Японцы же, не снижая скорости, устремились прямо между «крыльев», надеясь добраться до головы «журавля», где находился корейский флагман. В сущности, они лезли в капкан, и этот капкан защелкнулся, когда из-за мысов показались эскадры Вон Гюна и Ли Окки.

Сгрудившихся японцев поливали огнем с трех сторон, а затем их плотную кучу начали таранить кобуксоны. Подъем самурайского духа сменился паникой. Отдельные японские капитаны еще пытались брать врага на абордаж или хотя бы отвечать выстрелами пушек и мушкетов. Но панцири «черепах» ни пули, ни ядра не брали, и эта неуязвимость трех кораблей заставляла японцев забыть о других, более уязвимых противниках.

Примерно четыре сотни японских моряков бросились в море, стремясь вплавь добраться до острова Хансан. На флагман Вакидзаки обрушились огненные стрелы. Загоревшийся корабль причалил к материку, и спрыгнувшему с него адмиралу пришлось добираться к своим по суше.

Другие суда самураев отходили к гавани Анголь под непрерывным огнем преследователей, от которых им удалось оторваться только в сумерках. Впрочем, вырвались лишь жалкие их остатки. Потопленными и сожженными
японцы потеряли 47 кораблей, еще 12 судов достались корейцам в качестве трофеев. Погибло около 8 тысяч моряков. Спасшиеся на Хансане 400 человек смогли построить плоты и добраться до своих, что, впрочем, мало утешило Вакидзаки. От всей эскадры у него осталось только 14 кораблей -одна шестая от прежней мощи. Потери корейцев составили всего 4 корабля и 16 погибших.

Куки не преминул сообщить о промахах Вакидзаки и занял его место в качестве командующего эскадрой, остатки которой были пополнена новыми кораблями. Уже через два дня после битвы под его началом находились 6 малых, 15 средних и 21 большой корабль, занявшие оборону в гавани Анголи.

Суда Ли Сунсина, разбившись на группы по два-три корабля, приближались ко входу в бухту, давали бортовой залп и отходили, уступая место следующим. Не выдержав безнаказанных обстрелов, японцы рванули в безнадежную атаку. В результате на дно отправилось еще около 30 кораблей и 2,5 тысячи матросов.

Блицкриг оказался сорван, в войну вмешались китайцы, и японцам пришлось начать мирные переговоры. Завершились они подписанием договора, в японском варианте которого победителем провозглашался Тоётоми, а в китайском — владыка Поднебесной. Корейцев отодвинули на второй план.

В 1596 году Тоётоми вторично вторгся в Страну утренней свежести, и снова японские успехи были остановлены Ли Сунсином.

Великий флотоводец завершил войну победой в битве при Но-рянчжине 15 декабря 1598 года. В этой битве он погиб от вражеской пули.

Read More